Н.Я. Дьяконова
проза Д.Китса жизнь и творчество поэта
Введение
Английский романтизм (общая характеристика)
Ранние годы и раннее творчество
1818 год: «Изабелла» И «Гиперион»
Последние годы. «Канун святой Агнесы», оды, «Ламия»
Заключение
Стихи Д.Китса
Фотографиии
more
buy
more
buy

Поэт Англии первой четверти 19 века

Книга

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Разумеется, эта основа была у Китса сходной не только с Гельдерлином, но и с другими выдающимися людьми его эпохи, поэзия которых тоже была поэзией мысли, историей ума и сердца. Близость к Гельдерлину, быть может, более очевидна потому, что немецкого поэта, так же как Китса, отличает сложное переплетение романтических и классических мотивов.

Мы стремились показать, что поэтический мир Китса обладает реальностью даже тогда, когда в поисках «существенной красоты» (essential beauty) поэт переносит этот мир в область фантазии. Его чувственное богатство не предстает как самоцель, ибо одухотворено стремлением противопоставить антиэстетической действительности своего рода эстетическую утопию. Овеществление идеи в зримых образах, насыщенность образов идеей приводят к замечательной гармонии формы и содержания в более зрелых произведениях поэта.

Создание нового поэтического мира потребовало новых выразительных средств, и Китс вошел в историю поэзии как один из самых смелых открывателей новых путей.

Нет буквально ни одной работы, которая бы не подчеркивала, что фантазия сочетается у него с точным и достоверным воссозданием внешнего, физического мира. Слияние объективного описания с мыслью и переживанием особенно отчетливо проявляется в одах и, как мы видели, в поэме «Канун святой Агнессы».

Чувственная конкретность Китса, богатство ассоциаций, с помощью которых воображение соединяет с предметом описания представление о «существенной красоте», были в английской поэзии XIX в. новыми, притом новыми не только по сравнению с абстрактной поэтикой; классицизма, но даже на фоне современной Китсу романтической поэзии, которая отличалась предпочтительным вниманием к индивидуальному и конкретному. Как говорит Поль де Рёль, у Вордсворта, Кольриджа, Байрона и Шелли «клочья классицистической одежды, абстракции, персонификации и т. п. еще стесняют движения молодой поэзии... у Китса же она выступает во всем блеске и свежести своей наготы... Кольридж, например, говорит: «Вечер имел необычайный желтовато-зеленый оттенок», Китс же пишет смело: «Зеленый вечер»... он дает свободу поэтической форме». Де Рёль недооценивает новаторство других английских романтиков, но он правильно подчеркивает оригинальность Китса.

В качестве примера эмансипации поэта от классицистических штампов де Рёль приводит его «К осени»: она не Помона, Флора или Церера, а деревенская девушка: она «крепко спит на полусжатом поле, одурманенная маками», или «часами терпеливо следит за медленным течением сидра», «до самой кожуры насыщает спелостью плоды... и набивает ореховые скорлупки сладкими ядрами».

Традиционная персонификация перерастает в образ заботливой хозяйки, поглощенной хлопотами и трудами: она жнет, носит колосья, присматривает за веялкой я так устает, что засыпает с серпом в руке. Китс сообщает о ней подробности, которые в его время не входили в разряд эстетических: она не гнушается тяжелой работой, она ловко держит на голове свою ношу, ветерок тихонько подымает ее волосы в тот момент, когда она... сидит на полу в амбаре. Да и ветерок этот не зефир, а ток воздуха, приведенного в движение веялкой!

Китс добивается точной стихотворной характеристики, выявляющей отношение поэта к решающим особенностям объекта. Он изгоняет из своих стихов утратившие живое содержание традиционно поэтические красоты. Китс называет их «мертвыми листьями в лавровом венке поэзии» («Experimental Sonnet», 1819).

Выдвигая познавательную силу воображения как главный критерий искусства, Китс стремится доискаться до внутренней сущности явлений, до составляющей эту сущность противоречивости. Так, в сонете «Гомеру» он говорит: «в его проницательной слепоте тройная ясность зрения», так же как «в полуночи уже заключена зреющая заря». Острота поэтического зрения, верил Китс, позволяет видеть рождение нового, светлого из мрака отчаяния. В другом стихотворении он повторяет: «Не плачь больше, не плачь! Молодые почки дремлют в белой сердцевине корней». На аналогичной мысли построена и поэма «Гиперион»: титаническая борьба, в которой рождается новая жизнь, невозможна без мук и жертв. Победа неотделима от поражения, свет от тьмы.

Китс раскрывает не только противоречивость явлений, но их внутреннее развитие, прошлое и будущее. Так, его осень заставляет «расцветать все больше и больше поздних цветов для того, чтобы пчелы подумали, что не будет конца теплым дням, ибо лето уже переполнило до краев их клейкие кельи». Природа представлена как бы с точки зрения тех богатств, которые она уже подарила и еще