Н.Я. Дьяконова
проза Д.Китса жизнь и творчество поэта
Введение
Английский романтизм (общая характеристика)
Ранние годы и раннее творчество
1818 год: «Изабелла» И «Гиперион»
Последние годы. «Канун святой Агнесы», оды, «Ламия»
Заключение
Стихи Д.Китса
Фотографиии
more
buy
more
buy

Поэт Англии первой четверти 19 века

Книга

1818 ГОД: «ИЗАБЕЛЛА» И «ГИПЕРИОН»

превратится в великую демократию сосен».

Ненависть к тирании, к бесчестности правительства и печати, к огромным армиям, заполонившим Европу, от вращение к власти денег и титулов, к ханжеской церковной морали, к пошлости общества вызывают у Китса стремление противопоставить действительности свой поэтический мир. Он делает серьезную попытку примирить непримиримые, с его точки зрения, «упоение прекрасным» и гуманистическое служение ближним. Он переживает Долгие и серьезные сомнения, заставляющие его кидаться из одной крайности в другую. В одном из писем он признается: «Я полон честолюбивого желания принести благо миру. Если я выживу, это может быть делом более Зрелых лет. Пока же я попытаюсь лишь достигнуть таких высот в поэзии, каких только позволит мне моя смелость». Таким образом, поэзия оказывается не тождественной благу. Однако одновременно Китс, вступая в противоречие с самим собой, говорит о, красоте как источнике радости, а тем самым и блага для людей. Поскольку поэзия прекрасна, она, с его точки зрения, тоже благо. Для Китса это противоречие так и осталось нерешенным. Он казнит себя за «возвращение к абстракциям», которые составляют суть его жизни, и не может противиться их обаянию. Он одновременно считал необходимым познать страдания, неизбежные в современной жизни, и опасался, что они разрушительны для поэтического вдохновения.

С удивительной для такого молодого человека способностью самоанализа Китс видел выход в том, чтобы его «страсть к красоте слилась воедино с честолюбивыми устремлениями интеллекта», т. е. в том, чтобы подойти вплотную к реальности и, в то же время сохранить живым чувством поэтического очарования.

Противоречивость проявляется также настойчивых попытках Китса определить для себя свойства, необходимые поэту. С одной стороны, он полагает, что поэт «должен нести благо миру», быть Данте или Мильтоном, с другой стороны, Китс считает важнейшим качеством поэта «негативную способность», «то есть способность пребывать в неуверенности, неопределенности, сомнении, без раздражающих попыток цепляться за факты и рас суждения... Поэт не имеет собственного «я», он все и ничто. У него нет характера. Он наслаждается светом и тьмой, он живет в упоении, опьяняясь дурным и прекрасным, высоким и низким, бедным и богатым, ничтожным и возвышенным. Он с равным наслаждением создает Яго и Имогену. То, что шокирует добродетельного философа, восхищает хамелеона поэта...». Поэт должен писать о любви.: «Серебряный поток слез Геро, обморок Имогены, вот о чем следует размышлять с большим увлечением, чем о последних днях империй». Пожар Трои и горести ее обитателей забыты больше, чем кончина Троила и Кресеиды, а походы Александра и подвиги Улисса незначительны по сравнению с влюбленностью Джульетты («Endymion»). Исторические события, полагает Китс, преходящи, бренны, тогда как чувства в их неизменной красоте — вечны. Китс уверяет, что мог бы писать «из одной привязанности к прекрасному, даже если бы труды целой ночи сжигались поутру», что «у великого поэта чувство прекрасного сильнее всех других соображений, вернее, отметает все другие соображения».

Толкование этих положений Китса представляет значительные трудности. На первый взгляд они воспринимаются как провозглашение «чистого» эстетизма (так их в течение нескольких десятков лет и объясняли критики). Если же продумать их в контексте других высказываний Китса, вывод будет иной. Китс отстаивает творчество спонтанное, противоположное надуманному, и считает, что сила воображения заключается в отказе от собственной личности и перевоплощении в чужие (для чего и нужна «негативная способность»). Но первое требование вовсе не обозначало свободу искусства of моральной миссии, а лишь свободу от привносимой извне морализации. Последнее же требование в общей системе взглядов Китса означало требование объективности, правдивости, исключающих индивидуалистический субъективизм и произвол. Критерием истинности поэзии является ее красота.

Эти соображения не раз приходили в столкновение с противоположными мыслями. Снова и снова Китс возвращается к необходимости для поэта обрести «лицо» (identity) и определить свою позицию.

Необходимо помнить, однако, что как бы различно ни оценивал Китс сущность и назначение поэзии, ни одна из его оценок не была окончательной, итоговой. Поэтому можно говорить только о тенденции развития его эстетических воззрений и творчества.

5

albuterol in pregnancy