Н.Я. Дьяконова
проза Д.Китса жизнь и творчество поэта
Введение
Английский романтизм (общая характеристика)
Ранние годы и раннее творчество
1818 год: «Изабелла» И «Гиперион»
Последние годы. «Канун святой Агнесы», оды, «Ламия»
Заключение
Стихи Д.Китса
Фотографиии
more
buy
more
buy

Поэт Англии первой четверти 19 века

Книга

1818 ГОД: «ИЗАБЕЛЛА» И «ГИПЕРИОН»

Итальянским языком и поэзией он начал заниматься еще в 1800-е годы, задолго до того, как они привлекли внимание других романтиков. В литературе Италии он ценил, прежде всего, фантазию, богатство описания, близкий к разговорной речи стих, противостоящие рассудочности и приподнятости классицизма.

В своей поэме «Повесть о Римини, или плод родительского обмана» («The Story of Rimini or the Fruit of a Parent's Falsehood», 1816) Хент пытался следовать Данте, заимствуя сюжет знаменитого эпизода из V песни «Ада». С краткой историей Паоло и Франчески, рассказанной Данте, поэма Хента, состоящая из четырех песен общей длиной в 1700 строк, не имеет ничего общего, кроме имен героев, центральной ситуации и нескольких буквально переведенных строк.

Поэма Хента в короткий срок выдержала три издания и произвела впечатление на читателей драматизмом сюжета, яркостью картин средневековой Италии. Среди поклонников поэмы, воспринявших ее как вызов официальной морали и утверждение морали естественной, был и Ките. Именно Хент открыл Китсу новый для него мир — поэзию итальянского гуманизма. Первое знакомство с нею для Китса в огромной мере определенно сентименталытым представлением Хента об Италии и о ее поэтах. В одном из ранних сонетов он вспоминает, как, идя ночью из дома друга (Хента), он думал «о прелестной Лауре в бледно-зеленом наряде и о верном Петрарке, увенчанном славой» («Порывистый ветер»—«Keen fitful Winds», 1816). В стихотворении «Сон и поэзия» он выражает уверенность в блаженстве Петрарки и Лауры, ибо над ними «свободно распростерлись крылья, между которыми сияет солнце поэзии».

Ученичество Китса в «школе» Хента продолжалось, как мы видели, меньше двух лет. В последующие годы Хент вызывает у него нарастающее раздражение. В начале января 1818 г. он пишет братьям, что Хент раскритиковал неестественность разговора Эндимиона с сестрой. Но ведь «Эндимион чувствует близость божества и, стало быть, не может разговаривать, как Франческа в «Римини»... Кульминационной точки раздражение Китса достигает к весне 1818 г. «Очень жаль,— писал он другу,— что самые замечательные вещи портятся от сопоставления с некоторыми людьми: из-за Хента ни к черту не годятся... маски, сонеты и итальянские рассказы, из-за Вордсворта — озера ... из-за Пиковка— сатиры ... а из-за Хэзлитта — ханжи и синие чулки... Он единственный посылает к черту кого следует. И если когда-нибудь меня будут посылать к черту, черт меня побери, если я не захочу, чтобы меня послал к черту он».

Таким образом, авторитет Хэзлитта противопоставляется всем другим и в первую очередь Хенту. Даже отношение Китса к самому Хенту в известной степени подсказано Хэзлиттом, у которого симпатия и уважение к другу смешивались с досадой. Хваля в своей рецензии «Повесть о Римини», Хэзлитт порицал обилие жеманных, фамильярных и пошлых и пошлых выражений, низменность и вульгарность языка. В отличие от Хента, видевшего в поэзии Возрождения источник дополнения и украшения современной литературы, Хэзлитт рассматривает литературу эпохи Ренессанса как противоположность современной. Поэтому у Данте, Петрарки, Боккаччо он ценит, прежде всего, черты, недоступные поэтам, развращенным веками прозаической культуры — «совершенство не во внешних образах, а во внутренней силе и чувстве». Эта концепция полностью соответствовала представлениям Китса.

Ближайшим его другом и единомышленником в то время был молодой поэт-романтик Джон Гамильтон Рейнольдс (1794—1852). Они вместо увлекались ранними итальянскими гуманистами, возмущались Хентом и его почитателями, противопоставляя им Хэзлитта, и за) мыслили издать сборник поэтических новелл на сюжеты «Декамерона». Рейнольдс пересказал седьмую и девятую новеллы четвертого дня под названием «Флорентийский сад» («The Garden of Florence») и «Дама из Прованса» («The Lady of Provence», а Китс — пятую новеллу четвертого дня—«Isabella or the Pot of Basil. A Story from Boccaccio» Он работал над этой поэмой с февраля по апрель 1818 г. Мысль о совместном издании была отвергнута Рейнольдсом, заявившим, что Китс должен выступить один. Поэтому «Изабелла» была включена в сборник «Lamia, Isabella and Other Poems» (1820), а Рейнольдс свои пересказы опубликовал уже после смерти Китса, в 1821г.

Мы не располагаем точными данными относительно то го, какие именно пересказы или переводы «Декамерона» были использованы для создания поэмы Китса. У него были огромные возможности выбора: пересказы «Декамерона» стали распространяться в Англии очень давно, начиная с эпохи Возрождения.