Н.Я. Дьяконова
проза Д.Китса жизнь и творчество поэта
Введение
Английский романтизм (общая характеристика)
Ранние годы и раннее творчество
1818 год: «Изабелла» И «Гиперион»
Последние годы. «Канун святой Агнесы», оды, «Ламия»
Заключение
Стихи Д.Китса
Фотографиии
more
buy
more
buy

Поэт Англии первой четверти 19 века

Книга

1818 ГОД: «ИЗАБЕЛЛА» И «ГИПЕРИОН»

Ненависть Китса к корыстолюбию, жестокости, порабощению слабого сильным словно нечаянно прорвалась в его повесть о нежной любви, лишний раз подчеркивая единство общественных и эстетических взглядов поэта8. Краткое, сжатое повествование Боккаччо у Китса пре­вращается в углубленный анализ всех фаз любовной тоски, особенно подробный после описания смерти Лоренцо: поэт рассказывает о долгих днях тщетного ожидания и отчаяния, прерванных появлением призрака. У Боккаччо призрак только говорил своей возлюбленной о том, где похоронили его убийцы; у Китса он появляется как романтическое видение: ни мертвый, ни живой, он тоскует по жизни и любви и радуется бледности Изабеллы, как подтверждению ее страсти к нему. Бокаччо в нескольких словах сообщает о том, как его героиня нашла тело Лоренцо, Китс рассказывает об этом очень подробно. Голову милого Изабелла прячет в горшок с базиликом.

У Боккаччо соседка говорит братьям о привязанности Изабетты к базилику, тем навлекая их подозрение; у Китса больная совесть убийц заставляет их обратить внимание на странное поведение сестры.

Боккаччо сообщает, что Изабетта, лишенная своего базиликa, вскоре умирает, Китс подробно описывает ее угасание. Боккаччо заключает рассказ замечанием, что после смерти девушки о судьбе ее сложили песню; у Китса припевом этой песни является жалоба самой Изабеллы, т. е. устанавливается внутренняя связь между реальной историей и ее поэтической обработкой.

Сравнительное изложение новеллы Боккаччо и поэмы Китса показывает, как велико различие между ними. В английской «Изабелле», с одной стороны, устранены конкретные бытовые черты, с другой стороны, введены многочисленные психологические детали. Первое это изменение сделано в полном согласии с идеализированной, романтической концепцией Возрождения, и в частности с толкованием Боккаччо у Хэзлитта, который считает его писателем, полным «глубокого, внутреннего неизменного чувства», понимая под этим «привычное действие одного могущественного переживания, когда сердце замыкается исключительно в себе самом, не отвлекаясь никакими безразличными для чувства обстоятельствами». Именно в таком смысле изменяет Китс новеллу Боккаччо, очищая ее от фактического, привходящего, превращая жизнерадостную, удовлетворенную любовь в длительное страдание, в романтическое стремление.

У Боккаччо трагическая развязка контрастирует с предыдущим изображением счастливой любви; она вытекает из внешних обстоятельств, в столкновение с которыми пришла страсть. У Китса трагедия заложена в самой при роде страсти, в которой блаженство смешано с тоской. Так, пускаясь в свой последний путь, Лоренцо прощается с Изабеллой (подробность, отсутствующая у Бокаччо), и в словах его звучит предчувствие разлуки: «Любовь моя, мне было больно думать, что я не смогу проститься с тобой. А что ж будет, ежели мне суждено потерять тебя, если мне так трудно заглушить тяжелое горе трехчасового расставания» («Isabella»).

Китс стремится воспроизвести чистоту и цельность чувства, которую он считает основной у Боккаччо, но, незаметно для себя на каждом шагу подчеркивает не единство чувства, а его двойственность, сплетение радости и горести. Он все время играет на переходах от одного к другому: Лоренцо прислушивается к шагам Изабеллы и вдруг увидит за решетчатым окном ее лицо, полное радости. Затем следуют его грустные прощальные слова с обещанием скоро вернуться. «И она весело напевает», когда он уходит. А следующая строка — «И так два брата и убитый ими человек проехали мимо прекрасной Флоренции» Радость и Страдание любви сплетены неразрывно. Этот мотив был и в лирике трубадуров, и в «Новой жизни» Данте, и в сонетах Петрарки, но китсовское подчеркивание страдания в радости и радости в страдании характерно для романтического мироощущения. Понимание Китсом цельности и непосредственности страсти у Боккаччо выражается в том, что охваченные ею люди не существуют вне своей страсти, что для них выключается окружающая действительность; любовь становится непреложным законом, подчиняющим их малейшие душевные движения, и сильные этой любовью, живущие ею одною, они противостоят равнодушному и враждебному миру.

Именно для полноты противопоставления Китс в свою версию вводит мотивировку жестокости братьев — они погубили любовь во имя своих низких, честолюбивых замыслов. У Боккаччо братья руководятся если не благородными, то, во всяком случае, добросовестными побуждениями, они не противостоят Изабетте, между ними нет неразрешимого антагонизма; Китс подчеркивает жадность, гордость, бездушие братьев для того, чтобы выпуклее стал обособленный,